Между тем ночь уже совсем опустилась над станицей. Яркие звезды высыпали на темном небе. По улицам было темно и пусто. Назарка остался с казачками на завалинке, и слышался их хохот, а Лукашка, отойдя тихим шагом от девок, как кошка пригнулся и вдруг неслышно побежал, придерживая мотавшийся кинжал, не домой, а по направлению к дому хорунжего. Пробежав две улицы и
завернув в переулок, он подобрал черкеску и сел наземь в тени забора. «Ишь, хорунжиха! — думал он про Марьяну: — и не пошутит, чорт! Дай срок».
Неточные совпадения
Завернув в один из прилегающих к этой улице грязных
переулков, оборванец шмыгнул под ворота громадного шестиэтажного дома.
Лихой полицмейстер Гнут (из отчаянных гусаров) на обычной паре впристяжку (известно, что порядочные полицмейстеры иначе никогда не ездят как только на паре впристяжку), словно угорелый, скакал сломя голову с Большой улицы на Московскую, с Московской на Дворянскую, с Дворянской на Покровскую, на Пречистенскую, на Воздвиженскую, так что на сей день не успел даже
завернуть и
в Кривой
переулок, где обитала его Дульцинея.
— Хорошо, я сейчас же отнесу их… — отвечал Савин, и, не поднимаясь наверх, быстро вышел на улицу, но лишь
завернув за угол
в первый
переулок, прочел телеграмму, написанную на полулисте почтовой бумаги.
Раздаются замедленные, ленивые шаги ночного сторожа, и я различаю не только каждый удар его кованых, тяжелых рыбачьих сапогов о камни тротуара, но слышу также, как между двумя шагами он чиркает каблуками. Так ясны эти звуки среди ночной тиши, что мне кажется, будто я иду вместе с ним, хотя до него — я знаю наверное — более целой версты. Но вот он
завернул куда-то вбок,
в мощеный
переулок, или, может быть, присел на скамейку: шаги его смолкли. Тишина. Мрак.
Выбежавший из
переулка человек сделал попытку ухватить Короткова за полу пиджака, и пола осталась у него
в руках. Коротков
завернул за угол, пролетел несколько саженей и вбежал
в зеркальное пространство вестибюля. Мальчик
в галунах и золоченых пуговках отскочил от лифта и заплакал.
Должно признаться, что некоторые из них достигают
в этом искусстве до такого совершенства, что действительно утрачивают, наконец, всякую способность понимать свое время: один такой оригинал, выползая на минуту из своей раковины, положим, не находит для себя безопасным ни одного кресла
в театре; другой стремглав бежит от извозчика, который по ошибке
завернет с ним не
в тот
переулок, куда ему сказано; третий огулом смущается от взгляда каждого человека, и все они вместе готовы сжечь целый исторический труд свой, если на них искоса посмотрит кухарка, подавшая приготовленное для них жаркое.
Дрейяку удалось
завернуть под самым суетным предлогом
в переулок, вылучив счастливую минуту, когда все внимание его соседей обратилось на аббата, которого толкали вперед три торговки; он дал оттуда стречка и пришел домой полумертвый, с потухшими глазами и с изорванным кафтаном.
— Тьфу! Да остановись ты хоть на одну минуту! Я ж уже и сам вижу, что не
в тот
переулок завернул… А только я б хотел знать, откуда она взялась, такая людская намолвка…
— Постой-ка, служба, — сказал он. — Что-то, видится, мы с вами едем-едем, да не доедем. Не
в тот
переулок завернули…
Плохие извозчичьи санишки
завернули с Невского
в один из
переулков. Седок поднял воротник своей шубки и совсем скорчился, нахлобучив мерлушковую шапку. Вся его фигура представляла собою покатый ком чего-то черного, густо осыпанного снежной мокрой кашей. Извозчик был ему под пару. Перевязал он себе шею подобием шарфа и ушел
в него вплоть до обтертого околыша шапки. Лошадь то и дело спотыкалась, плохо слушаясь кнута. Возница, больше для вида, стукал кнутом
в передок саней и часто передергивал вожжами.
Пьер повернулся назад и пошел, изредка подпрыгивая, чтобы поспевать за нею. Девка перебежала улицу, повернула налево
в переулок и, пройдя три дома,
завернула направо
в ворота.